В статьях автора 2018 г. была предпринята попытка описать механизм эволюции стран Запада в XIV—XX вв. как взаимодействие четырех групп факторов — технического прогресса, гражданской культуры, институтов и уровня благосостояния. При этом речь шла о восходящей ветви эволюции западных стран. В настоящей работе уточнены полученные результаты, предложена гипотеза об исчерпании потенциала этого механизма и кризисе экономических и политических систем этих стран, а также системы международных отношений. Показано, что кризис стал следствием ряда тенденций: замедления технического прогресса и распространения искаженных инноваций, снижения темпов экономического роста, упадка гражданской культуры, связанного с эффектом деструктивного альтруизма, а также деградации институтов конкуренции вследствие «проблемы грязных рук». Политика Трампа, во многом обусловленная имперским синдромом, характерным для правящей элиты США, не способна переломить эти тенденции и ведет к разрушению мирового порядка. Обсуждается гипотеза о возможном выходе из кризиса за счет формирования институтов сотрудничества при объединении усилий Европейского союза и России. 

Рассматривается применимость теории научных революций Т. Куна к экономической науке. Анализируются три ключевые «революции»: маржиналистская, кейнсианская и лукасианская (рациональных ожиданий), выделяются их стадии и особенности. Сделан акцент на асимметрии между кризисами (внешними и внутренними) и теоретическими ответами на них, а также на сложном взаимодействии экономической теории, политики и идеологии. Представленный анализ позволяет применить модель Куна для характеристики радикальных изменений в экономической науке. 

Рассматриваются вопросы торможения глобального перехода к модели устойчивого развития. Предпринята попытка ответить на два вопроса: каково текущее состояние данного перехода, можно ли говорить о его замедлении либо об остановке и каковы причины (факторы) такого замедления? Для ответа на первый вопрос проанализирована динамика Индекса ЦУР и ответственных инвестиций. Сделан вывод, что после 2019 г. наблюдается замедление глобального перехода к модели устойчивого развития, при этом нет оснований говорить о его остановке. Для ответа на второй вопрос выделены глобальные факторы торможения данного перехода; они подразделены на три группы: кратко- и среднесрочные глобальные процессы; появление новых «проблем роста», заменяющих «проблемы становления» без адекватного изменения в политиках; фундаментальные противоречия модели устойчивого развития. Исходя из полученных результатов, можно приступить к прогнозированию развития модели устойчивого развития на глобальном уровне и на уровне отдельных стран и регионов. Здесь требуется сопоставить действующие факторы торможения с факторами, предопределившими долгосрочный импульс для опережающего развития устойчивых финансов и выступающими важнейшим инструментом формирования новой модели, а также вновь возникающими мощными экономическими, технологическими и поведенческими факторами, которые могут ускорить переход к модели устойчивого развития. 

Проведена оценка влияния санкций и механизма параллельных поставок на динамику российского импорта товаров инвестиционного назначения. Рассмотрены две волны санкций недружественных стран, берущие начало в 2014 и 2022 гг. Предложены двухпериодная модель санкций, а также трехпериодная модель санкций, предполагающая обособление этапов а) первоначального запуска и б) активного применения механизма параллельных поставок. Эффекты санкций и механизма параллельных поставок оцениваются с помощью модели спроса на импорт инвестиционных товаров с включением микроэкономических, макроэкономических и институциональных факторов по данным за I кв. 2012—II кв. 2025 г. На полной выборке исследования, включающей поставки из нейтральных и недружественных стран, выявлена сравнительно высокая чувствительность российского спроса на импортные инвестиционные товары к изменению цены (коэффициент эластичности –0,7), а также к изменению динамики доходов фирм и реального обменного курса рубля (коэффициенты эластичности составляют 0,3 и 0,5) при низкой чувствительности к изменению уровня предпринимательской уверенности фирм. Обнаружено сравнительно слабое влияние санкций первой волны на физические объемы поставок оборудования зарубежного производства при разнонаправленных эффектах для недружественных и нейтральных стран, а также показано, что активный этап применения механизма параллельных поставок позволил нивелировать в среднем более 20% негативного влияния санкций второй волны на  объемы российского импорта капитальных товаров. В рамках трехпериодной модели санкций наблюдается U‑образный профиль распределения эффектов ограничений во времени. Нейтральные страны использовали возможность расширить присутствие на российском рынке в период действия торговых санкций недружественных стран. Сформирован перечень товарных групп, которые наиболее активно реагируют на разрешение параллельных поставок, он может использоваться в рамках корректировки политики импортозамещения. 

Охарактеризованы динамика и соотношение экспорта и экономического роста КНР за последние 20—40 лет, определена эластичность ВВП по экспорту, проанализирована структура ВВП КНР по расходам, оценен вклад общего товарного и чистого экспорта товаров и услуг в экономический рост Китая. Чистый экспорт занимает менее важное место в структуре китайского ВВП по расходам по сравнению с внутренним потреблением и инвестициями. При сравнении показателей динамики ВВП и экспорта видны преимущественная неэластичность темпов роста китайской экономики по экспорту, высокая устойчивость ее роста к изменениям объема последнего. Вклад экспорта в экономический рост КНР уступает внутренним факторам потребительского и инвестиционного спроса, при этом за последние годы его роль возросла. В целом экспорт стимулирует экономический рост, является важным элементом национального расширенного воспроизводства Китая, увеличивает внутренний потребительский и инвестиционный спрос, обеспечивая стране технологическое лидерство. Импорт, инвестиции и технологии — другие важные компоненты зависимости китайской экономики от внешнего фактора, требующие дальнейшего изучения. 

Проверяется гипотеза о наличии асимметрии в реакции банковских ставок на сдерживающую и стимулирующую денежно-кредитную политику (ДКП) Банка России в различных сегментах, отраслях и макрорегионах в период с 2017 по 2025 г. С использованием модели коррекции ошибок с марковским переключением режимов оценено влияние шоков ДКП, инфляционных ожиданий населения, ценовых ожиданий бизнеса и индикатора бизнес-климата на ставки по кредитам и депозитам сроком от 30 дней до 3 лет и выше. Результаты подтверждают выраженную асимметрию в работе процентного канала трансмиссии, особенно для краткосрочных ставок: на срок до 1 года в сегменте корпоративного кредитования и на срок до 90 дней в сегменте кредитования физических лиц. На рынке депозитов населения асимметрия не была обнаружена. Ставки по кредитам физических лиц на срок от 1 года до 3 лет, как правило, сильнее и быстрее реагируют на ужесточение ДКП, чем на ее смягчение. При этом ставки по корпоративным кредитам подвержены обратной асимметрии и менее чувствительны к ужесточению ДКП, особенно в промышленности и сельском хозяйстве, а также в строительстве в случае малого и среднего бизнеса. Макрорегионами, подверженными значительной асимметрии на рынке кредитования, оказались Сибирский и Южный. Эффективность единой ДКП при этом не снижается: банковские ставки значимо и с минимальными лагами (от 1 до 3 месяцев) реагируют на меры ДКП во всех рассматриваемых разрезах. Для улучшения работы процентного канала рекомендуется уделять больше внимания выделенным в работе сегментам, отраслям и регионам, которые могут порождать неоднородность и неполноту трансмиссии. 

Проанализирована экономическая природа коммунальных услуг. Показано, что они предоставляются хозяйствующими субъектами, обладающими монопольным положением на локальных (поселенческих) рынках, что обусловливает необходимость государственного регулирования их деятельности. Коммунальные услуги представляют собой смешанное (клубное) благо и обладают такой характеристикой общественного блага, как неконкурентность потребления. Для платных услуг это означает необходимость обеспечить их технологическую и финансовую доступность для всех потребителей. В настоящее время финансовую доступность призваны обеспечить предельные индексы изменения размера вносимой гражданами платы за коммунальные услуги. Использование такого подхода привело к снижению тарифных доходов ресурсоснабжающих организаций и кризису в коммунальном секторе. Показано, что более эффективный механизм обеспечения доступности услуг для потребителей при сохранении финансовой устойчивости ресурсоснабжающих предприятий предполагает совершенствование адресной системы субсидий домохозяйствам на оплату жилья и коммунальных услуг. Предложено ввести критерий финансовой доступности коммунальных услуг в виде максимальной доли домохозяйств, получающих субсидии на оплату услуг, как индикатор возможности роста тарифов для населения. Проведена оценка введения данного индикатора для тарифной динамики, доходов ресурсоснабжающих организаций и бюджетных расходов. 

Предложен пример развития позитивного внутридисциплинарного дискурса на основе нового взгляда на модель «коробка Эджуорта» в контексте дискуссии о перспективах высшего экономического образования в России, которая развернулась в том числе на страницах журнала «Вопросы экономики». На основе ослабления явных и имплицитных предпосылок о нулевых трансакционных издержках и доступных структурных альтернативах организации экономических обменов показано, в чем может проявляться концептуальное разнообразие экономической науки применительно к конкретной модели и каким образом в связи с этим могут быть задействованы навыки критического мышления (как они понимаются в контексте экономического образования) как у сложившихся исследователей, так и у студентов в плане развития модели позитивного внутридисциплинарного дискурса. Изложение построено на идее о специфической форме метаязыка внутридисциплинарного дискурса, функцию которого выполняет неоклассическая экономическая теория так, как она представлена в университетских курсах по микроэкономике.